Посвящение. Избранная проза и поэзия

В её глазах столько ума и спокойной мудрости. Они излучают умиротворённость и какую-то неподдельную истину. При этом они скромны, не кричат о себе, не выставляются напоказ… Но, разглядев их, ты станешь пленником этих глаз. И больше не захочешь свободы.
А как они прелестны, её глаза! Ими просто невозможно налюбоваться! Какое это счастье – смотреть в них!
Но что больше всего рвёт мне душу – в этих самых прекрасных глазах часто, слишком часто, можно видеть боль, тревогу, озабоченность и разочарование. Они, похоже, там основательно прописались. И как же ужасно, что именно разочарования было больше всего в её глазах, когда она смотрела на меня!
  
Эти глаза только излучают и ничего не поглощают. Но я мечтаю, как о пределе желаний, чтобы они поглотили меня всего, растворили в себе, как в нирване. Может быть, тогда я и смогу их описать.
 
Елена Галеева
  
Мама
 
Как хорошо быть рядом с мамой.
Мечтать, любить и просто жить.
Капризной быть, порой упрямой.
Она обнимет и простит.
А шалость в шутку переводит
И, улыбнувшись, руку даст.
Теплом своим всех обогреет,
Любовь свою нам всем раздаст.
Ох, мама, милая, родная,
Как тяжело мне без тебя.
Мы встретимся, я точно знаю.
И вновь обнимешь ты меня.
 
«Как жаль, что нет у прошлого дверей…»
 
Как жаль, что нет у прошлого дверей,
Чтоб оказаться рядом с мамой.
Тот нежный взгляд, изгиб бровей
И ласковые руки мамы.
Хватаю телефон с утра,
Чтоб позвонить скорей родной,
Но нет ответа. Тишина.
Я не услышу голос твой.
Ах, мама, милая моя,
Твоя любовь так безгранична.
Всю жизнь ты в сердце у меня.
Моя любовь сейчас трагична.
Я сегодня приду к тебе, родная,
Принесу любимые цветы.
Для меня ты, мамочка, святая —
Символ света, любви и красоты…
 
«На ранней зорьке, на рассвете…»
 
На ранней зорьке, на рассвете
Я пробегусь босой стопой.
Бежит со мной и лёгкий ветер,
Шумит зелёною листвой.
Я вспоминаю детства воздух,
Тот, чем не надышишься сейчас.
Улыбку мамы, взгляд на звёзды
И бабушкин иконостас.
Тоскую я, осиротев,
Хочу прижаться так, как в детстве.
Внутри девчонка, повзрослев,
Нуждается в волшебном средстве.
Я позову тебя во сне,
Прижмусь к тебе, родная мама.
И вспомню лучшие года,
Когда семья важнее храма.
А в храм иду, когда беда,
Просить, молить, нуждаясь в Боге.
Потеря близких навсегда,
Не встречу их я на пороге.
Господь, прости, не упрекай.
Я мысли излагаю плача.
Открой душе ворота в рай,
Я обещаю: слёзы спрячу.
11.02.2024
 
Олег Голубев
  
Первоклассная любовь
 
Всем учительницам деревенских начальных школ посвящается
 
Она – учительница в школе,
А я всего лишь в первом классе.
Я подчинён не поневоле,
А по любви (какое счастье).
Я этой долею доволен.
Она мой женский идеал.
Она расскажет мне о поле,
Что я и не подозревал.
Она расскажет мне о числах:
Как их сложить, как вычесть их…
А у меня одно лишь в мыслях…
Я очарован, светел, тих.
Она расскажет мне о буквах
И о сложении слогов…
И что поэзия – не глупость,
А, кажется, язык богов!
И на истории, где кровь
Течёт по воле сильных мира,
С девизом «Бог – это любовь»
Я побеждаю на турнирах.
На географии же просто
Воображаю как могу:
Я представляю – море, остров
И хижину на берегу.
И в этой хижине – за партой
Она сидит, с улыбкой взрослой…
А я – указкой тычу в карту
И говорю: «Найдите остров!»
Она – учительница в школе…
И от любви мне мало прока…
Но даже если сильно болен,
Я не просплю её уроков.
 
Андрей Дегтярёв
  
Гагарину Ю. А
 
В каждый дом и в каждую квартиру
Постучался с высоты небесной
С яркою улыбкою игривой
Скромный парень с волею железной.
И кричали люди: «Юра, милый!»
И бросали в небо свои шляпы.
Наш, смоленский, яркий и красивый,
Первый навсегда наш парень бравый.
27.01.2024
 
Город мой
 
Я Смоленск люблю, как у Бориса Васильева,
Каким он пишет о нём в повести «Летят мои кони».
И фотографии Айвара Лиепиньша,
В них виды, где моё детство прошло,
Особое место – это сквер Блонье.
Наш город как оркестровая музыка,
Но с лёгким, вальсовым вкусом.
Часть, как и у других, индустриальная,
Зато историческая с неповторимым чувством.
Город пропитан историей, разноликой, многообразной,
Возможно, немного небрежно одетый,
Зато особенно провинциальный.
А глаза, глаза у него какие!
Всмотритесь в его разноцветные окна.
Они столько видели и видят, эти молчаливые отражения, стёкла.
А его шершавые стены крепости,
на ощупь холодные,
но они живые и дышат.
Я ухом шепоток их чувствую,
И они меня точно слышат.
Я люблю тебя, мой не обласканный ни судьбою,
Ни всеми властями.
Всё равно ты мой самый ласковый,
Хочу, чтобы стены твои
всегда нас охраняли.