Прикованная к Анубису (ЛП)

Мой язык скользит по ее коже, начиная с ключицы и поднимаясь вверх по шее. Она дает мне больше доступа, откидывая голову в сторону, и я хочу вонзить туда свои зубы, помечая ее как свою.
— Мортиус! — стонет она мое имя с отчаянием, которое испытывает не только она. Я спускаю бретельку ее туники, обнажая розовый, набухший сосок, и начинаю жадно его сосать. — О, боже!
Ее руки тянутся к моей шее, используя ее как опору, чтобы удержать свое тело, которое полностью отдается мне. Вкус ее кожи интенсивный и уникальный. Я отпускаю ее набухший сосок и скольжу языком в ложбинку между ее грудями, не переставая массировать ее киску своим твердым членом.
  
Ее запах меняется, а волоски на теле встают дыбом. А затем она кончает, выкрикивая мое имя, пока ее влажная плоть пульсирует на моем члене, который продолжает стимулировать ее, и ее тело обмякает в восхитительной покорности.
Я хочу полностью в нее погрузиться, оседлать ее, как изголодавшееся животное, войти глубоко и жестко, вонзая свои маленькие ядовитые коготки так глубоко, чтобы она едва не потеряла сознание. Но я этого не делаю, и пока я держу себя в руках, она начинает приходить в себя. Ее глаза впиваются в мои в поисках ответа.
— Возможно, заставить тебя передумать будет не так уж сложно, — я ухмыляюсь краешком губ.
— Какой-то оргазм не изменит моих желаний.
— Меня не волнует, чего ты желаешь, преобладать будет только моя воля. Если не останешься по-хорошему, останешься по-плохому, способ не имеет значения, — я смотрю на нее, и ее взгляд полон удивления. — И ты принадлежишь мне.
— У меня нет хозяина, — парирует она, отталкивая меня обеими руками в грудь. Я делаю шаг назад, чтобы позволить ей почувствовать уверенность.
— Посмотрим, не изменится ли твое мнение, когда ты будешь скакать на моем члене.
Обхватив ее за талию, я снова ставлю ее на пол, поправляя бретельку ее туники, чтобы прикрыть грудь.
— А теперь мне нужно совершить переправу душ. Скоро увидимся.
Пока я смотрю на нее, от взмаха моих рук образуется вихрь, окутывающий мое тело и уносящий меня отсюда.
5. Пробуждение
АНАБЕТ БЕНЕТ
Никогда в жизни я не хотела раздвинуть ноги с таким бесстыдством, как сейчас. Пот все еще течет по моему позвоночнику, а моя киска пульсирует, пока я смотрю, как он исчезает прямо у меня на глазах.
Я стала пленницей.
И я не могу сдаться без боя.
Я вся в поту, мне нужен душ, я голодна и почему-то хочу спать, поэтому решаю сначала поесть, а потом поспать, душ подождет. Я иду к столу, где все выглядит свежим, как будто его только что накрыли, и начинаю накладывать себе еду, обдумывая, как добраться до Южной стороны. Раз Мортиус не может туда пойти, именно туда я и отправлюсь.
Составляя план за едой, я чувствую, как мое тело горит, а киска пульсирует при воспоминании о том, что мы делали. У его больших рук твердая хватка, и все, чего я хотела в тот момент, — это чтобы он проник в меня глубоко-глубоко. Его кожа горячая и мягкая на ощупь, его хриплые стоны такие же мощные, как и его голос.
Я всегда слышала от друзей, как восхитительно трахаться без обязательств, что ты можешь быть кем захочешь, а потом больше никогда не видеть лица этого человека.
Мое тело горело от его прикосновений и жаждало лишь оргазма, но то, что он мне дал, было настоящим откровением. Моим пальцам никогда не удавалось заставить мой разум погрузиться в белую, пустую комнату, казалось, ничего не работало. Когда пульсация удовольствия свела мое тело судорогой, я вцепилась в него, словно падала, а мои ноги стали как желе. Когда он отстранился, я едва не умоляла его этого не делать.
Я трясу головой, когда понимаю, что ерзаю на стуле, ища хоть какой-то контакт, который вернул бы меня к тому, что он заставил меня почувствовать.
— Сосредоточься на том, чтобы выбраться отсюда, а не на том, чтобы быть озабоченной извращенкой, жаждущей поскакать на члене Анубиса-Извращенца, — ругаю я себя и смеюсь над прозвищем, которое ему дала.
Потому что то, как он направлял мое удовольствие, показывает, насколько он опытен и насколько порочен. Мортиус загипнотизировал меня своим запахом и при этом взял мой разум в плен.
— Забудь о том, чего не можешь получить, — я наполняю стакан молоком и делаю большой глоток.
Я сосредотачиваюсь на еде, плотно ужинаю и пытаюсь забыть об обжигающем жаре между ног. Сон делает меня вялой, и как только я заканчиваю есть, я иду к его кровати. Забравшись на мягкий матрас и чистые простыни, я накрываюсь и кладу голову на подушки, полностью отдаваясь послеоргазмической усталости.
Я чувствую под собой энергетическую волну, от чего открываю глаза. Поняв, что произошло, я прихожу в недоумение. В одно мгновение Мортиус полностью преобразил обстановку: передо мной возвышается огромная кровать, увенчанная внушительным балдахином, украшенным тонкими роскошными тканями. Свет, заливающий это место, пугает меня своим розоватым оттенком, а когда я смотрю вверх, мне открывается завораживающая туманность во всем своем совершенстве.
Я спускаюсь с кровати, а пол вокруг кажется украшенным светящимися и почти гипнотическими иероглифами. В этот момент мне хочется, чтобы Мортиус был здесь и мог рассказать мне историю каждого из них. С бьющимся от любопытства сердцем я брожу по всему помещению, и в каждом углу, куда бы я ни пошла, нахожу все большее совершенство в богатстве деталей.
Он поставил диваны, ковры и кушетки. Множество старинных книг, полных историй, никогда не открытых человечеству, стоит рядом на каменном стеллаже, которого здесь раньше не было. Сгорая от любопытства, я подхожу к нему и начинаю открывать книги, погружаясь в каждую деталь, и каждое новое открытие заставляет меня желать узнать еще больше.
— Моя мать продала бы душу, чтобы оказаться здесь, изучить каждую из этих книг и совершить невероятные открытия… — когда я думаю о своих родителях и друзьях, меня вдруг осеняет. — Сукин сын!
Этот ублюдок хочет заманить меня в ловушку моего же любопытства, чтобы я забыла о своей цели уйти. Я с силой захлопываю книгу и решаю, что пришло время попытаться вернуться домой.
Я оглядываюсь в поисках чего-нибудь, чем можно было бы обмотать ноги, и нахожу вешалку с туниками. Это подойдет. Я начинаю рвать ткани и обматывать ими ступни, создавая удобную защиту для предстоящего мне пути. Оглядываясь по сторонам, я иду к проходу, ведущему по коридорам в купальню, но, дойдя до большого зала, сворачиваю в другую сторону и нахожу выходную дверь.
Я бегу к ней, подхожу ближе и с удивлением обнаруживаю, что она приоткрыта, ведь я точно не смогла бы ее открыть. Проходя через нее, я пугаюсь, увидев двух Анубисов, застывших, словно огромные статуи, охраняющие храм. Они не выглядят живыми, и кто знает, может, это всего лишь скульптуры?!
Я иду на Юг, даже не оглядываясь. Мне нужно вернуть свою жизнь, и я от этого не откажусь. Поначалу я пугаюсь, так как пески Дуата кажутся движущимися, как морские воды. Однако состояние неба облегчает путь, и, чтобы побыстрее уйти, я срываюсь на бег.
Мортиус даже не найдет меня в этой пелене пыли, скрывающей меня. Я закрываю нос и рот тканью туники и сохраняю сосредоточенность. Я должна показать ему, что никогда не сдамся без боя, а когда окажусь далеко отсюда, буду жить своей жизнью, даже не вспоминая о его прикосновениях к моему телу.
  
Все это останется лишь хорошим сном.
6. Проваленный тест
МОРТИУС
Я нахожусь у портала переправы, направляя души. Очереди становятся все длиннее, и работа никогда не останавливается. Судьба и суд каждой из них в моих руках. Кто платит больше, тот может больше. Золото скапливается горами, но не все могут с легкостью получить проход.