Прикованная к Анубису (ЛП)

— Зачем ты это делаешь, Тот? Что ты знаешь такого, чего не знаю я? — я встаю прямо перед ним.
— Время для откровений еще не пришло, но скоро ты всё узнаешь, — он пытается закрыть книгу, но я просовываю руку между страниц.
— Скажи мне, что заставило тебя скрыть Анабет от Ра? В чем причина твоей помощи? Что я должен узнать? — рычу я. — В моей жизни и так слишком много вопросов, повелитель магии, мне нужны ответы.
  
Убрав мою руку со страниц, он закрывает книгу и смотрит на меня.
— Время узнать еще не пришло, но приготовься: после стольких лет ни одна весть не будет воспринята легко.
— Я устал от загадок.
— Это всё, что я могу предложить тебе на данный момент, — несколько раз моргнув, он, кажется, о чем-то вспоминает. — Твои расспросы о метке… Твоя человеческая женщина не загорелась так, как должна была?
Я с силой стискиваю зубы и взмахиваю рукой, создавая портал — мне нужно срочно убираться отсюда.
21. Моя Мабет
АНАБЕТ БЕНЕТ
МЕСЯЦЫ СПУСТЯ
Прошли месяцы с момента моего прибытия, и с каждым днем я все больше чувствую себя как дома. Я не могу быть лицемеркой и думать, что жизнь здесь плоха. Я провожу дни, читая обо всей истории человечества, у меня есть умный, высокий, сильный и сексуальный Анубис, который выматывает меня до абсурда, оставляя без сил каждый раз, когда заставляет кончать, и это работает лучше любого снотворного. Это как быть в отпуске и быть миллионершей!
Однако должна признаться, что скучаю по семье и друзьям, и это хорошо описывает мою тоску.
Никакой факультет журналистики не изменил бы мою жизнь таким образом, и хотя это было моей мечтой на протяжении многих лет, на чаше весов жизни перевешивает желание иметь то, что было у моих родителей: это соучастие, уважение и обожание, и с Мортиусом я нашла это.
После того как я сказала ему о том, что сломана из-за того, что его метка на мне не загорается, я больше никогда не видела, чтобы он искал ее глазами. Всякий раз, когда я говорю ему, что чувствую к нему то же, что и он ко мне, я не вижу в его взгляде ничего, кроме взаимности.
Я думала о том, что он уже однажды сказал мне, что любит меня, а я ему еще нет, но это не заставит себя долго ждать.
Я закрываю книгу, которую только что закончила читать. Я была поражена тем, как на самом деле происходило строительство пирамид. Если бы эта информация открылась реальному миру, планета Земля взорвалась бы.
Я в шоке! Потрясена!
Я прижимаю руки к губам в недоумении.
Я оглядываюсь и не слышу и не вижу никакого движения. Замечаю, что обеденный стол накрыт. Еда в моем распоряжении, и голод дает о себе знать в полной мере. Я подхожу к столу, сажусь и начинаю накладывать себе еду. Я беру мясо и салат, наливаю себе вина. В этот момент мне бы хотелось, чтобы на заднем фоне играла музыка. Я отправляю в рот первый кусок и стону от неповторимого вкуса здешней еды.
Я смотрю на небо и улыбаюсь. Северное сияние полыхает зеленым и фиолетовым, а здесь, в доме, температура более прохладная. Мортиус не из тех, кто разбрасывается обещаниями, но он определенно бог многих поступков, и для меня они значат гораздо больше.
Я думаю о его золотых глазах и горячих прикосновениях. Мое сердце бьется быстрее всякий раз, когда я рядом с ним, мое тело загорается, а жизнь словно струится сквозь меня. Я знаю, что во многом это заслуга нашей связи и заклинания его брачных клятв, которые я произнесла, не подозревая о том, что творю, но совместная жизнь с ним и все то, что он заставляет меня чувствовать, очень сильно способствуют росту моих чувств к нему.
Ужин проходит в спокойствии, и по мере того, как идет время, я начинаю беспокоиться. Мортиус не из тех, кто любит опаздывать, и при любой возможности он всегда рядом со мной, но сегодня я проснулась одна и не получала от него никаких вестей за весь день.
Закончив есть, я выхожу наружу, на балкон, с которого открывается вид на Северные Врата. Все кажется спокойным, и я не вижу ничего, что могло бы стать причиной его задержки. С тех пор как я впервые увидела это место, я хотела бы побывать там, но у меня никогда не хватало смелости даже попросить об этом. Я не знаю, до какой степени это нарушит границы и подвергнет опасности Мортиуса и меня.
Я не стану той, кто принесет войну в Дуат.
Решив немного прогуляться, пока он не придет, я выхожу из спальни и направляюсь наружу. Я иду по коридорам в сторону садов, которые настолько поразительно идеальны, что я теряюсь в них часами.
— Добрый вечер! — приветствую я Анубисов, охраняющих вход.
— Добрый вечер! — отвечают они хором, ни разу не взглянув в мою сторону.
Мортиус говорил мне, что они пользуются его полным доверием, и что мне никогда ни о чем не нужно беспокоиться. Я гуляю по саду, проходя по всем дорожкам, которые он создал. Контраст этого места с видом на Дуат вдали невероятно безумен. Пески волнуются, как море в неспокойные дни, ветры поддерживают это постоянное движение, а здесь царит совершенство чистейшей нежности и красоты. Никогда не думала, что найду в таком месте цветы, фонтаны и животных, которых можно встретить только на Земле.
Осмелюсь сказать, что Висячие сады Вавилона ((Расположенные в древнем Вавилоне (на территории современного Ирака), они ставятся под сомнение некоторыми историками, однако описания той эпохи рассказывают о террасных садах, утопающих в экзотических растениях.)), одно из Семи чудес света Древнего мира, выглядели бы именно так, точь-в-точь.
Иногда я пугаюсь, когда вижу вереницы душ, идущих вместе к вратам, где их будут судить, всегда в сопровождении Анубисов, которые несут свои посохи и безмолвно следуют к Мортиусу. Время от времени я слышу их крики и стоны, и это отчаяние, боль и страх смешиваются снаружи храма и напоминают мне о том, где я на самом деле нахожусь.
Сосредоточившись на том, что важно и что делает меня счастливой, я смотрю на небо Дуата и нахожу совершенство в виде красоты. Мортиус каждый день раскрашивает его для меня самым лучшим образом, и это словно послание от него, говорящее о том, что он постоянно думает обо мне. В те дни, когда я просыпаюсь и не вижу его, мне достаточно просто посмотреть вверх и созерцать его любовь ко мне.
Я знаю, что он подстроился под меня в речи и манере поведения, чтобы я могла лучше его понимать без языкового барьера. Он говорит со мной на чистом английском, и всякий раз, когда я слышу его речь, я слышу свой родной язык, хотя и знаю, что с другими он на нем не говорит. Все это магия Анубиса, который не жалеет усилий, чтобы продемонстрировать свои чувства.
Холодный бриз обдувает меня, и я улыбаюсь, подходя к фонтану и ложась на его край, чтобы созерцать небо.
— Некоторые виды настолько совершенны, что я даже не смею их забыть, — его раскатистый и властный голос заставляет волоски на моем теле встать дыбом, а глаза закрыться, чтобы прочувствовать это со всей силой.
— Каждый раз, когда я слышу твой голос, мое сердце бьется быстрее, а по коже бегут мурашки, — я чувствую, как он приближается ко мне.
— Моя Мабет, — прикосновение его пальцев к моему лицу заставляет меня открыть глаза и повернуться к нему. — Возвращение в наш дом и встреча с тобой делают меня очень удачливым Анубисом.
— Когда ты рядом, я всегда чувствую себя счастливой и защищенной, — я подношу руку к его черной, мягкой морде.
  
Его глаза сияют, и я сажусь, в то время как он опускается на колени, словно собираясь сделать мне предложение. Я встаю и оказываюсь лицом к лицу с ним, хотя он все еще немного наклонен.
— Я уже говорил, насколько ты становишься еще прекраснее в этих платьях? — от его хриплого голоса у меня по коже бегут мурашки, но когда его коготь нежным касанием скользит вниз по моему плечу, мой разум отключается, и я вздыхаю.
— Ты говоришь так о каждом из них, — я застенчиво улыбаюсь.