Химмурин: наследие богини

Весь день я провела за очередной кропотливой работой над лунным камнем. Он очень хрупкий, поэтому работать с ним нужно крайне осторожно. Но мне всегда нравился этот камень. Он кажется абсолютно обычным, но в то же время чем-то особенным, будто не из нашего мира. Из лунного камня я сделала красивую подвеску, камень оплели, будто лианы, серебряные нити. Мне так отчаянно хотелось узнать дальнейшие судьбы своих украшений. Как жаль, что это невозможно. Может, однажды я уеду из Скотура и увижу свои подвески и кольца на знатных леди?
  
Рабочий день подошел к концу, а я даже ни разу не спускалась вниз, чтоб увидеться и поздороваться с леди О`Рейли. Но она сама зашла ко мне. Описаться эту женщину было легко и сложно одновременно. Она как лунный камень, вроде ничего особенного во внешности, но стальной взгляд и прямая как струна спина, говорили сами за себя. Она всегда держалась отстраненно, но в то же время участливо. Никто из ее работников не мог пожаловаться на недостаточную плату или плохое отношение, но никто и не знал никаких подробностей о жизни леди. Будто она взялась из ниоткуда и уходит в никуда.
– Добрый вечер, Сиара, – таким же стальным тоном произнесла леди О`Рейли, по-хозяйски расположившись на одном из кресел. Обычно она не задерживалась в этом кабинете дольше минуты и уж тем более не садилась. Сейчас я видела усталость в ее взгляде.
– Здравствуйте, леди О`Рейли.
– Это тебе, – женщина протянула мешочек, в котором позвякивали монеты. Мой процент. – Ты хорошо поработала, все украшения раскупили, как горячие пироги.
Леди даже позволила себе еле заметно улыбнуться. Вот что ее радовало – деньги. Понимаю. Меня они тоже радовали по многим причинам, а в особенности, мне нравилось их тратить.
– Спасибо. На днях закончу еще одно кольцо, подвеска из лунного камня уже готова.
– Покажи.
Я аккуратно взяла в руки украшение и протянула леди на двух ладонях. Она чуть менее осторожно взяла подвеску и повертела в руках, оценивающе разглядывая все в деталях.
– Хорошо получилось, – сдержанно кивнула леди О`Рейли. Затем ее взгляд прошелся по моему сконфуженному лицу. Она никогда не разглядывала мои украшения, просто забирала и увозила на продажу. Но сейчас почему-то ее так интересуют все детали. – Возьми себе.
– Что? – удивленно уставилась на хозяйку поместья я. – Но я…
Леди протянула украшение мне и кивнула.
– Пусть оно оберегает тебя.
– Оберегает от чего?
– Доброго вечера, Сиара, – леди слегка улыбнулась и с материнской нежностью заправила прядь моих волос за ухо. Ее взгляд лишь на секунду задержался на остром конце моего уха. Я всегда старалась прятать эту особенность, потому что кровью Ши среди людей нельзя было гордиться. – И будь очень внимательна. Не накликай беду.
Леди О`Рейли покинула комнату, оставив меня в одиночестве. Я стояла на месте, как дура, замерев с подвеской в руках. Что это вообще было? И что значило? От чего лунный камень должен меня оберегать?
Глава 2.
Вечером, как и обещала, Авелин зашла за мной, мы вместе отправились в наше тайное место. Нам обеим нравилось там находиться в тишине и спокойствии. Нужно было преодолеть небольшую березовую рощу, ее высадили специально много лет назад, леса в нашей местности хватало, даже город назывался так из-за густых рощ. Затем мы с Авелин по камням прошли через совсем маленький ручеек и оказались на окраине леса, перед нами расстилались большие луга.
Авелин расправила покрывало и аккуратно присела на него, я последовала ее примеру.
– Ты какая-то молчаливая, все в порядке? – с тревогой в голосе поинтересовалась подруга. Я лишь устало кивнула.
– Да, странный день.
– Поделись, – девушка положила голову на мое плечо, ее размеренное дыхание успокаивало и меня. Я как-то слишком печально вздохнула.
– Мне снился сон, что все горит. Представляешь, полыхает все кругом. А потом, вечером, леди О`Рейли подарила мне подвеску, которую я сделала для продажи.
Авелин подняла голову и взглянула на меня, нахмурив брови.
– Это она? – девушка протянула руку и аккуратно взяла лунный камень. Она знала о его хрупкости, я неоднократно рассказывала ей об этом. – Красивая. Но неожиданный знак внимания от нее, почему она так поступила?
– Если бы я знала, – пожала плечами я. – Сказала, пусть оберегает тебя. Чего мне опасаться? Пожара? Или чего похуже? А еще разглядывала мое ухо, представляешь?
– Правда? Как невежливо, – фыркнула Авелин, а затем с сожалением взглянула на меня. Мне почему-то захотелось разрыдаться от ее взгляда, таким нежным и заботливым он был. – Тебя это беспокоит?
– Сегодняшний день?
– Нет, причина, по которой у тебя такие уши. Как по мне, очень красивые, – улыбнулась подруга и аккуратно заправила мои волосы за уши, Авелин с таким восхищением разглядывала меня.
Мне стало немного неловко, хотя за столько лет пора привыкнуть к таким проявлениям любви Авелин. Она никогда не стеснялась любить то, что кому-то не нравится. Ее энергии хватит на нас обеих. Мы познакомились, когда нам было по десять лет и с тех пор не разлучались. А когда я полюбила Блейна, она слушала мои воздыхания и умилялась. Когда же он уехал, гладила меня по голове и утирала слезы.
Я запустила пальцы в пряди своих густых волос цвета темного шоколада с выгоревшими карамельными прядями. Так говорила Кроя, сравнивая все со сладостями, которые так любила.
Авелин взяла мою руку в свою и крепко сжала, я подняла свой взгляд на ее лицо. Никогда не переставала им восхищаться. Авелин такая женственная и красивая, блондинка с ярко-карими лисьими глазами, просто богиня. Я же являлась ее противоположностью, черты моего лица напоминали олененка, как часто упоминала Кроя. Не знаю, воспринимать ли это комплиментом. Мои глаза были большими и выразительными, обрамленные густыми ресницами, имели цвет голубого чистого неба, а вздернутый нос и правда напоминал олений, как и золотистые веснушки, россыпью расположившиеся на лице.
– Почему ты никогда не спрашивала о моих ушах? – поинтересовалась я у Авелин. Та с нежностью улыбнулась и пожала хрупкими плечами, затем ее мечтательный взгляд переместился на звездное небо.
– Наверное, потому что мне не хотелось лезть к тебе в душу своими грязными руками. Разумеется, мне было любопытно узнать, но не настолько, чтоб заставить тебя чувствовать себя какой-то вещью.
Я в который раз удивилась словам Авелин. Как в наше время можно сохранить столько любви в своем сердце? Мне казалось это невозможным, потому что мое стало жестким за прошедшие годы, если когда-то вообще было мягким. Но Авелин будто из другого мира.
– Я тебе очень благодарна, – улыбнулась я и взяла подругу за руку. – На самом деле, я мало чем могу удовлетворить твое любопытство, потому что сама не знаю правды. Ты знаешь, мой отец умер, когда я была ребенком, а мать я и вовсе не видела ни разу. Отец переехал в Скотур уже после моего рождения, один. Никто не слышал о такой фамилии – Макграт.
– Думаешь, в форме твоих ушей повинны Ши? – Авелин спросила тихо и ласково. Она всегда заботилась о моих чувствах, как о чем-то хрупком и драгоценном.
– А кто еще? – усмехнулась я, убрав прядь волос за ухо. Такое я могла сделать только при близких людях. Обычно волосы всегда тщательно прятали мои уши. Иногда меня даже посещала мысль отрезать эти уголки и жить спокойно. Но разве это правильно? Почему я должна презирать кровь, текущую в моих венах? – Я не знаю, кто из моих предков имел какое-то отношение к Ши. И спросить не у кого, Кроя знает не больше моего.
  
Авелин ничего не ответила, позволив мне побыть в одиночестве и тишине, наедине с собственными мыслями. Я была благодарна подруге за то, что она умеет молчать. Это редкий дар.
Обратно мы возвращались уже после заката, в поздних сумерках. Но Авелин не боялась ходить со мной по темноте, она знала, что я смогу защитить нас обеих. Кроя учила меня и Аллена: с раннего возраста я научилась пользоваться короткими ножами, метать их, а также вести рукопашный бой. Откуда она сама знала об этом всем, она не рассказывала, а я и не лезла с расспросами.